Category: природа

Fernando Botero.Gentleman

(no subject)

OT:
dona_anna (dona_anna)

https://dona-anna.livejournal.com/999625.html?mode=reply#add_comment





"Hа Марсе будут яблони цвести" как осуществление сионистской мечты.
:::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::::

Многие, проезжающие через Араву в Эйлат задаются вопросами: кто эти сумасшедшие,
поселившиеся в голой пустыне, что растет в бесконечном количестве оранжерей,
мелькающих за окном машины, откуда берется столько воды в пустыне, чтобы
что-то росло?
Здесь, как известно, неподходящая для жизни земля. Даже перелетные птицы
не останавливаются тут на пролете. Земля не подходит для сельского
хозяйства, воды очень мало. Условия экстремальные.
И тем не менее, именно здесь зимой производят 60% общеизраильского
сельскохозяйственного экспорта, кроме морковки и картошки.
Как удалось сделать пустыню Арава гигантом сельского хозяйства,
известным в Европе? Современные науки и технологии помогли.

( Для выращивания растений здесь нужны оранжереи. Да и чтобы
здесь выращивать в оранжереях зимой ночью нужно обогревать
растения, а днем охлаждать. В оранжереях надо поддерживать
постоянную влажность. Есть еще множество разных проблем,
которые нужно решить, чтобы суметь вырастить в Араве хоть
что-то. Чтобы найти оптимальные условия для выращивания
растений и существуют специальные научно-исследовательские
центры развития и изучения сельскохозяйственных
технологий по всему Израилю. )

Для выращивания растений здесь нужны оранжереи. Да и чтобы выращивать в оранжереях зимой ночью нужно обогревать растения, а днем охлаждать. В оранжереях надо поддерживать постоянную влажность. Есть еще множество разных проблем, которые нужно решить, чтобы суметь вырастить в Араве хоть что-то. Чтобы найти оптимальные условия для выращивания растений и существуют специальные научно-исследовательские центры развития и изучения (מחקר ופיתוח - מו"פ) сельскохозяйственных технологий по всему Израилю. Такие центры могут заниматься не только сельским хозяйством. Но сельское хозяйство мне гораздо ближе, поэтому если у меня есть возможность, я посещаю именно сельскохозяйственные центры.
Я подробно рассказывала о таком Центре в Долине источников (Иорданская долина).

Последний центр, который мне удалось посетить это - Информационный центр для посетителей Видор - окно в сельское хозяйство Аравы (מרכז ויידור חלון לחקלאות בערבה). Центр был основан на пожертвование семьи Видор из Австралии и получил ее имя. Цель Центра Видор рассказать о сельском хозяйстве Аравы.
Этот центр часть Научно-исследовательского центра развития и изучения Аравы - экспериментальная сельскохозяйственная станция Яир (מו"פ ערבה-תחנת יאיר).
Станции Яир имеет 30 дунамов земли с оранжереями, полями, где проводится 60 опытов в год. Станция Яир предоставляет услуги и помогает всем крестьянам в этом районе.
Имеется 2 оранжереи, куда пускают посетителей и там выставлены те культуры, которые выращиваются в этом районе.
В оранжереи, где проводятся опыты, посетителей не пускают, там стерильно и важно не занести туда что-то, что мы даже и не заметим.



Информационный центр для посетителей Видор - окно в сельское хозяйство Аравы,
он находится на въезде в мошав Хацава.

Для начала заглянем в оранжереи. Тут есть много всего: знакомого и незнакомого.

В выставочных оранжереях можно трогать, фотографировать, нюхать, но нельзя срывать плоды и цветы.



Перцы мы все знаем. Их основные цвета, которые мы покупаем в
супере: красный, зеленый, оранжевый и желтый. Но уже есть фиолетовые и коричневые.


Medieval man with the manuscript

Ты слышишь печальный напев кабестана?

Гумилев.
На полярных морях и на южных,
По изгибам зелёных зыбей,
Меж базальтовых скал и жемчужных
Шелестят паруса кораблей.

Быстрокрылых ведут капитаны,
Открыватели новых земель,
Для кого не страшны ураганы,
Кто изведал мальстрёмы и мель,

Чья не пылью затерянных хартий, —
Солью моря пропитана грудь,
Кто иглой на разорванной карте
Отмечает свой дерзостный путь

И, взойдя на трепещущий мостик,
Вспоминает покинутый порт,
Отряхая ударами трости
Клочья пены с высоких ботфорт,

Или, бунт на борту обнаружив,
Из-за пояса рвёт пистолет,
Так что сыпется золото с кружев,
С розоватых брабантских манжет.

Пусть безумствует море и хлещет,
Гребни волн поднялись в небеса,
Ни один пред грозой не трепещет,
Ни один не свернёт паруса.

Разве трусам даны эти руки,
Этот острый, уверенный взгляд
Что умеет на вражьи фелуки
Неожиданно бросить фрегат,

Меткой пулей, острогой железной
Настигать исполинских китов
И приметить в ночи многозвездной
Охранительный свет маяков?


<Июнь 1909>



Всеволод Рождественский - Над книгой




Снова в печке огонь шевелится,
Кот клубочком свернулся в тепле,
И от лампы зеленой ложится
Ровный круг на вечернем столе.

Вот и кончены наши заботы -
Спит задачник, закрыта тетрадь.
Руки тянутся к книге. Но что ты
Будешь, мальчик, сегодня читать?

Хочешь, в дальние синие страны,
В пенье вьюги, в тропический зной
Поведут нас с тобой капитаны,
На штурвал налегая резной?



Зорок взгляд их, надежны их руки,
И мечтают они лишь о том,
Чтоб пройти им во славу науки
Неизведанным прежде путем.

Сжаты льдом, без огня и компаса,
В полумраке арктических стран
Мы спасем чудака Гаттераса,
Перейдя ледяной океан.

По пещерам, подземным озерам
Совершим в тесноте и пыли,
Сталактитов пленяясь узором,
Путешествие к центру земли.

И без помощи карт и секстанта,
С полустертой запиской в руке,
Капитана, несчастного Гранта,
На безвестном найдем островке.

Ты увидишь леса Ориноко,
Города обезьян и слонят,
Шар воздушный, летя невысоко,
Ляжет тенью на озеро Чад.

А в коралловых рифах, где рыщет
"Наутилус", скиталец морей,
Мы отыщем глухое кладбище
Затонувших в бою кораблей...

Что прекрасней таких приключений,
Веселее открытий, побед,
Мудрых странствий, счастливых крушений,
Перелетов меж звезд и планет?

-Путешествие!» Вот оно слово!
Так и тянет от радости петь.
«Путешествие!» Хочется снова
Над Жюль Верном всю ночь просидеть.*


И, прочитанный том закрывая,
Благодарно сходя с корабля,
Ты увидишь, мой мальчик, какая,
Тайны полная, ждет нас земля!

Вел дорогой тебя неуклонной
Сквозь опасности, бури и мрак
Вдохновленный мечтою ученый,
Зоркий штурман, поэт и чудак.

1920


Ты слышишь печальный напев кабестана...
Стихи Б.Стругацкого


Ты слышишь печальный напев кабестана?
Не слышишь? Ну что ж - не беда...
Уходят из гавани Дети Тумана,
Уходят. Надолго? Куда?

Ты слышишь, как чайка рыдает и плачет,
Свинцовую зыбь бороздя-
Скрываются строгие черные мачты
За серой завесой дождя...

В предутренний ветер, в ненастное море,
Где белая пена бурлит.
Спокойные люди в неясные зори
Уводят свои корабли.

Их ждут штормовые часы у штурвала,
Прибой у неведомых скал,
И бешеный грохот девятого вала,
И рифов голодный оскал.

И жаркие ночи, и влажные сети,
И шелест сухих парусов,
И ласковый теплый, целующий ветер
Далеких прибрежных лесов.

Их ждут берега четырех океанов,
Там плещет чужая вода...
Уходят из гавани Дети Тумана...
Вернутся не скоро... Когда?

1963

Лагуны, лагуны, коралловый смех...
Юрий Устинов


Н.А.

Лагуны, лагуны, коралловый смех,
я отмели лунные вижу во сне.
Двенадцать открытий, двенадцать морей,
двенадцать шагов по квартире моей.

(Откроется дверь, и ветра зашумят,
в шершавых ладонях вскипит звездопад.
Накатит волна. Захохочет прибой.
Отхлынет волна. Позовёт за собой.

Все руки свои распахну. И шагну.
Прибой-сатану в темноте обниму.
По отмелям лунным уйду к островам,
к звенящим лагунам, к тугим парусам.)

И падают руки, и трудно начать.
Я завтра к лагунам хочу убежать.
(В двенадцать открытий, в двенадцать морей
Летите, двенадцать фрегатов, скорей)
Снежинки забились в ресницы ко мне.
Вы хоть бы приснились, лагуны, во сне...

зима 1959 г.
Fernando Botero.Gentleman

Миннесота: край 10000 озёр.

Миннесота: край 10000 озёр.


voyageurs-sunset




800px-Minnesota_in_United_States_svg



800px-StLouisRiver_JayCooke



Minnesota lakes



800px-Pose_lake_Minnesota


mn-lake_20080318




Это произошло в Канаде, на северо-западе широко раскинувшейся
провинции Онтарио,
— в крае нетронутой лесной глуши, бесконечных цепей пустынных озер и с
тремительных рек. Тысяч миль проселков, бревенчатых лежневок,
заросших лесных дорог, ведущих к заброшенным приискам, и тропок,
не отмеченных ни на одной карте, пересекают провинцию вдоль и поперек.
Это страна уединенных ферм, маленьких городов и деревень, одиноких хижин
промысловиков и лагерей лесорубов.

Это край трапперов[1] и индейцев, на тихие лесные озера прилетают иногда
и охотники на маленьких самолетах-амфибиях, живут здесь и мечтатели,
давно потерявшие связь с реальной жизнью, живут люди, удалившиеся от
т цивилизации навсегда. Но все они — не больше чем горсть песка в
oкеане пустыни, край этот — край безмолвия и тишины, царство
диких зверей, которым никто и ничто не мешает.

Тут водятся лось и олень, бурый и черный медведь, рысь и лиса, бобры,
oндатра и выдра, норка и куница. Во время перелетов вдаль здесь отдыхают
дикие утки и канадские гуси. В лесных озерах и прозрачных реках множество
рыбы: кета и пестрая форель, хариусы, щуки и белые сиги.

Почти полгода страна покрыта снегом: долгие недели температура держится
много ниже нуля; весна не наступает здесь постепенно — вдруг, неожиданно
и бурно приходит короткое лето, все буйно растет и цветет, а затем —
также внезапно — наступает осень.

Для обитателей края осень — прекрасное завершение года.
Стоят прохладные, хотя и солнечные дни, воздух бодрит, голубое небо
безоблачно, медленно кружатся листья, всюду, насколько видит глаз, —
горящие яркими красками деревья в осеннем убранстве.


Шила Барнфорд. Невероятное путешествие.

Слова в книге Шилы Барнфорд "Необыкновенное путешествие"
относятся к Канаде,
но в равной же степени их можно отнести и к Миннесоте,где я и моя семья


Collapse )Collapse )